Академик Владимир Скулачев: «Старость можно отменить»

Загрузка…

Как было бы прекрасно жить долго, оставаясь при этом молодым! 

Скажете, такое возможно только в сказках? А вот академик Владимир Скулачев уверен, что скоро это станет реальностью!

Он — самый цитируемый в мире российский биолог. Имеется в виду мир науки. Однако сегодня многие россияне самых разных профессий знают, кто такой академик Скулачев, потому что либо читали его книгу, либо видели сюжеты о его открытии по ТВ. Ученый создал вещество, получившее название «ионы Скулачева», способное останавливать старение.

Кто-то наверняка помнит обстоятельный разговор в телепрограмме «Познер» между Владимиром Владимировичем и Владимиром Петровичем. В первую очередь, разумеется, на эту жутко интересную тему. Телеведущий тогда даже предложил собственную персону в качестве подопытного для исследований, на что академик ответил, что вправе испытывать свое лекарство от старости только на себе. Во всяком случае, пока…

Кстати, Владимир Познер и Владимир Скулачев — однокашники, когда-то оба оканчивали биофак МГУ.

«НАБЛЮДАЕМЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ВПЕЧАТЛЯЮТ!»

Так что же это за панацея? Если не углубляться в научные дебри, то можно сказать так: это особое вещество, способное отключить в наших клетках программу старения, заложенную в них эволюцией.

В том, что стареем мы не из-за того, что органы и системы организма изнашиваются, а потому что это результат работы программы, Скулачев уверен. И основывается его уверенность не на пустом месте. В природе есть животные, причем млекопитающие, которые, по-видимому, сумели избавиться от этой вредоносной программы, и живут долго, не зная старости. Например, голые землекопы — грызуны (что-то среднее между крысой и кротом), обитающие в Африке…

— В своей книге «Жизнь без старости» вы пишете, что мы стареем потому, что в клетках образуются ядовитые формы кислорода. Клетка, накопив определенное количество яда, самоуничтожается; поэтому у нас в организме с возрастом становится все меньше и меньше клеток. А что не так у землекопов?

— У них в клетках тоже образуются ядовитые формы кислорода, и они делают свое черное дело. Но это не есть сигнал на запуск апоптоза, то есть самоликвидации! А отравленная клетка человека не только сама себя убивает, но и посылает сигнал к самоуничтожению другим, еще вполне здоровым клеткам. Так эволюция подстраховалась, чтобы не был поврежден геном…

А вот у голых землекопов этот сигнал отменен. Они в результате, видимо, некоего скачка эволюции выработали в себе вещество, которое прерывает эту цепочку. У них и рака поэтому не бывает. То есть самоуничтожается только одна клетка, накопившая яд, остальные не затрагиваются.

Это вещество, этот антиоксидант — гиалуронан — открыли бывшие наши ученые, а ныне американские, профессоры Рочестерского университета Вера Горбунова и Андрей Силуянов. Они обнаружили, что это вещество находится снаружи, а не внутри клеток землекопов, им заполнено все межклеточное пространство. Оно есть и у человека, но в очень небольшом количестве.

— Как сделать, чтобы его там было больше?

— Созданное нами вещество как раз способно адресно, точечно проникать в митохондрии, нейтрализовывать яд и тем самым омолаживать клетки. Да, если мы все понимаем правильно, это один из путей борьбы со старением — антиоксидант его останавливает. Но у нас более радикальный подход: мы хотим, чтобы уже внутри клетки ядовитые формы кислорода были обезврежены. Мы проводили исследования на мышах, собаках, кошках, сейчас перешли к людям. Наблюдаемые результаты очень впечатляют.

* Скулачев призывает равняться на землекопов, которые отказываются стареть

 

— Допустим, вы все доказали, всех убедили. Когда нужно принимать ваше вещество? Дожив до первых признаков старения?

— Нет-нет, ни в коем случае! Начинать нужно с младых ногтей. Вот как делали мы в ходе экспериментов: едва мышата переставали сосать маму, мы начинали добавлять им в воду наше вещество. Чем раньше начинали, тем лучше был эффект. На мухах дрозофилах это было видно еще заметнее — мы же могли сразу на тысяче мушек опыт ставить. И там вывод получился четкий: нужно, чтобы в первую неделю жизни насекомое принимало наше вещество.

Молодой организм очень быстро и легко приспосабливается к новым условиям. Он уже не хочет думать о других поколениях. Ведь программа старения — это готовность организма уступить жизнь тому, кто моложе.

— Владимир Петрович, но эти ваши голые землекопы такие мерзкие!

— Зато они нас опередили: так организовали свою жизнь, что им давно никто не страшен. Значит, и естественный отбор не нужен, и программа старения не работает. А никто не страшен, потому что их среда обитания — огромные подземные лабиринты размером с два футбольных поля, проложенные в твердом грунте. Никто туда забраться не может, только змеи. Но до главного животного такой колонии — царицы — змеи добраться не могут. Ее защищает сотня или двести солдат. Когда змея заползает, ближайший к ней землекоп кидается в бой, другой — обрушивает грунт, перекрывая путь к царице. Представляете, какие герои!

— И живут по 30 лет, раз в 10 дольше обычной мыши. А есть другие животные, которые также не стареют?

— Да, например, киты. Они такие большие, что у них тоже исчезли враги. И они могут без признаков старения дожить до 200 лет!

«ПОЗНЕР НА ЗАНЯТИЯХ ПОЧТИ НЕ ПОЯВЛЯЛСЯ»

— Владимир Петрович, вы с детства увлекались биологией?

— Да, меня всегда интересовала биология, с пеленок, так сказать. Уже в младших классах школы я увлекался муравьями. Однако был у меня еще один серьезный интерес — филология. Он мне передался, я думаю, от моего деда, который, к сожалению, не смог себя реализовать в этой области.

— Он был репрессирован?

— Нас всех, по сути, должны были репрессировать… Дед был другом Ленина, даже принимал у него однажды партийные членские взносы. Будучи высланным из страны, дед был секретарем ячейки РСДРП в Бельгии. Ленин, будучи там проездом, и платил ему эти взносы. В 30-е годы таких, как мой дед, не щадили…

— Он прошел лагеря?

— Нет, чудом избежал. Дед очень долго работал в Германии. Был одним из немногих большевиков, кто понимал в электричестве, и Ленин послал его туда покупать оборудование для плана ГОЭЛРО.

Когда к власти в Германии пришел Гитлер, деда оттуда отозвали. Он вернулся в СССР. И когда увидел, что творится в его родной стране, его хватил такой инфаркт, что врачи дали ему месяц жизни. Но он после этого прожил еще 13 лет.

Бабушка, гениальный человек с точки зрения житейской мудрости, сказала: «Все, ты на работу не вернешься, ты больной человек». Это его и всех нас спасло. О нем просто забыли… Так вот дед мечтал стать филологом. Я колебался, выбирая: филология или биология. Но биология победила.

— Вы ведь учились в МГУ в эпоху стиляг, пижонов и КВН. В чем-то из перечисленного были замечены?

— В молодости мне было не до пижонства. Я сразу пошел на кафедру биохимии, а это очень трудная кафедра. У нас была практика после первого курса, и нам, студентам, дали на выбор разные темы. Я предложил свою, связанную с изучением муравьев, которыми, как говорил, занимался еще со школы. Мне сказали: конечно, только придумай что-нибудь интересненькое. И я придумал: «Защита растений и нектара от муравьев». Они же грабят растения, при этом у растений очень сложные способы защиты. И вот когда я взял эту курсовую, то ощутил такой восторг! Это была как встреча с любимой женщиной! Я был абсолютно счастлив! Я был, как говорится, типичный ботаник.

— С Владимиром Познером в институте познакомились?

— Да. Но это было шапочное знакомство. Мы поступили на один курс, но, к сожалению, он почти на занятиях не появлялся, потому что тогда еще плохо знал русский язык, учил его. Поэтому отстал от нас на год. Но уже в то время Познер был очень заметным человеком.

* С однокашником Владимиром Познером

 

— На вашем рабочем столе чудесный портрет юной девушки. Догадываюсь, что это ваша жена и, наверное, фото сделано в те же студенческие годы…

— Еще раньше. Это 10-й класс. Она была моей студенткой, потом аспиранткой. Инна погибла, к сожалению, два года тому назад.

— Вы были вместе…

— 40 лет.

— И свою книгу вы ведь посвятили ей?

— Да. Моя жена работала в нашей лаборатории. И ее вклад в наше открытие очень большой. Инна взяла на себя один из самых сложных методов — создание искусственной мембраны. Когда мы синтезировали наше вещество, Инна проверяла, проходят «ионы Скулачева» сквозь мембрану или нет. И это она придумала название книги «Жизнь без старости». К сожалению, не дожила до издания…

Источник: mirnov.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.